Андрей Горбатюк в поисковых запросах часто упоминается рядом с расследованием военных преступлений. Для нас в Тернополе важнее не фамилия на табличке в Киеве, а простой путь: куда отнести фото, адрес дома и то, что вы видели своими глазами. Эту работу ведет Департамент противодействия преступлениям, совершенным в условиях вооруженного конфликта, в Офисе Генерального прокурора — вместе с областной прокуратурой и следователями на месте.
После удара 19 ноября 2025 года по жилым домам в Тернополе это уже не «далекая государственная тема». Полиция тогда сообщала о десятках погибших, среди них дети. Если вы приехали из Харькова, Херсона или Донецкой области и держите в телефоне видео из оккупации — оно тоже нужно именно здесь, в тылу.
Ниже — кто на самом деле ведет такие дела, что принимают как доказательства, куда в области обращаться и сколько это занимает времени. Без юридической каши: что записать, куда принести и чего не стоит ждать на следующее утро.
Кто он и почему важен для Тернопольщины?
В открытых официальных источниках по состоянию на сентябрь 2026 года нет подтвержденной должности «руководитель Офиса генерального прокурора по делам военных преступлений» именно под именем Андрей Горбатюк. Не путайте его также с Сергеем Горбатюком — это другой прокурор, известный делами Майдана. Национальную линию по военным преступлениям ведет упомянутый Департамент. До 2025 года его возглавлял Юрий Белоусов; координацию этого направления в руководстве Офиса позже закрепляли за заместителем генерального прокурора.
Для Тернопольщины это работает так. Местные прокуроры фиксируют удар по дому на Стуса или на 15 Апреля. Далее материалы попадают в общую базу: те же доказательства могут понадобиться и в украинском суде, и в международных инстанциях. Если вы свидетель обстрела в городе или вывезенный из оккупации переселенец в общежитии на Дружбе — ваше сообщение идет в ту же систему, даже если вы никогда не были в Киеве.
Практически вам не нужно «найти Горбатюка». Нужно правильно передать факт: дату, адрес, что именно разрушено или кто ранен, и сохраненные файлы. Остальное — работа следствия.
Что расследует его офис?
Речь о нарушении законов и обычаев войны — статья 438 Уголовного кодекса. Сюда входят удары по гражданским, пытки, незаконное удержание, сексуальное насилие, депортация детей, мародерство на оккупированной территории. Отдельно идут преступление агрессии и геноцид — это уже другие статьи, но сбор доказательств часто начинается с того же сообщения гражданина.
Офис Генерального прокурора в ноябре 2025 года сообщал Комиссии ООН о более чем 190 тысячах зарегистрированных военных преступлений с начала полномасштабного вторжения, более чем тысяче подозрений военным рф и более чем двухстах приговорах. К весне 2026-го счетчик только рос: речь уже о более чем 220 тысячах эпизодов по статье 438. Цифры меняются еженедельно, потому что фиксируют новые удары.
Что именно собирают у людей:
- дату, время и точный адрес или ориентир;
- фото и видео с места — желательно с датой съемки, без монтажа;
- имена потерпевших и свидетелей, если они согласны;
- номера военной техники, позывные, форму, язык, позицию обстрела — все, что запомнили.
Не нужно самостоятельно «квалифицировать статью». Напишите обычными словами: «ракета попала в подъезд», «в подвале удерживали гражданских», «вывезли ребенка». Квалификация — дело прокурора.
Где ведется работа в Тернопольщине?
Отдельного киевского кабинета в Тернополе нет. Первая дверь — Тернопольская областная прокуратура, ул. Листопадовая, 4. Горячая линия обращений: (0352) 52-50-65, почта zvern@tern.gp.gov.ua. Прием в рабочие дни: понедельник–четверг с 9:00 до 17:45, пятница до 16:30, обед примерно с 13:00 до 13:45.
Окружная прокуратура города — бульвар Шевченко, 7, телефон (0352) 52-13-63. Если дело касается военной сферы, есть Тернопольская специализированная прокуратура в сфере обороны: проспект Злуки, 47-В, дежурный (0352) 22-39-52. Область входит в зону Специализированной прокуратуры в сфере обороны Западного региона (центр во Львове).
На место удара обычно выезжают следователи полиции или СБУ, прокурор документирует последствия. Вам не обязательно ехать в Киев, чтобы «достучаться до департамента»: местное производство затем поднимают на национальный уровень, если эпизод входит в более крупное дело.
| Куда | Адрес в Тернополе | Контакт |
|---|---|---|
| Областная прокуратура | ул. Листопадовая, 4 | (0352) 52-50-65, zvern@tern.gp.gov.ua |
| Окружная прокуратура | бул. Шевченко, 7 | (0352) 52-13-63 |
| Спецпрокуратура обороны | просп. Злуки, 47-В | (0352) 22-39-52 |
Источник: официальные справочники органов прокуратуры, контакты по состоянию на 2026 год.
Как обратиться с информацией о военных преступлениях?
Подготовьте одно сообщение. Фамилия, имя, телефон. Дата и место. Краткое описание. Список файлов. Если есть выписка о разрушенном жилье или медицинская справка — добавьте. На это хватит вечера.
Куда отправить
Самый быстрый путь без очереди — анкета на государственном хабе warcrimes.gov.ua. Параллельно можно написать на conflict@gp.gov.ua или в мессенджеры линии (096) 755-02-40. Если удобнее бумага — заявление в канцелярию на Листопадовой, 4, или вызов полиции 102, если событие свежее и нужен выезд.
Важно. Анонимное сообщение принимают, но без контакта следователю труднее уточнить детали. Если боитесь мести — так и напишите в заявлении: попросите не светить ваши данные в публичных материалах. Защиту свидетеля решают отдельно, это не «галочка в анкете».
На что обратить внимание
Не выкладывайте видео в соцсети «чтобы мир увидел», пока не сохранили оригинал. Сжатие и водяные знаки режут доказательство. Не ходите по завалам ради селфи: это место осмотра. Не обещайте соседям, что «завтра будет подозрение» — от регистрации производства до приговора могут пройти годы, особенно если подозреваемый в россии.
Денег за подачу нет. Юридическую консультацию можно получить бесплатно в системе правовой помощи: для потерпевших от военных преступлений это обычная практика, а не услуга «для своих». Время на само заявление — 20–40 минут. Ответ о регистрации обращения по закону об обращениях граждан считают рабочими днями, но следственные действия идут по своему графику.
Частые вопросы тернополян
Будут ли мои показания конфиденциальными?
Следствие не выкладывает вашу фамилию в телеграм-канале. В то же время в суде свидетеля могут вызвать. Если есть риск для вас или семьи — сразу скажите прокурору. Решение о специальных мерах защиты принимают по отдельной процедуре, не автоматически.
Как долго расследуют такие дела?
Производства открывают быстро, приговор — нет. По удару в Тернополе фиксация началась в день атаки. Поиск конкретного расчета, командира и того, кто отдал приказ, может тянуться годами. Сроков давности по статье 438 нет: дело не «сгорает», если вы принесли видео через два года.
Я живу в Тернополе, а преступление было на Херсонщине. Куда идти?
Сюда же: областная прокуратура, полиция или хаб warcrimes.gov.ua. Место регистрации заявителя не должно совпадать с местом преступления. Лучше не ждать поездки «на родину».
Что, если я не уверен, что это именно военное преступление?
Все равно сообщайте. Удар по жилому дому, пытки в оккупации, вывоз ребенка — этого достаточно, чтобы проверили. Ошибочная квалификация на старте не наказывается. Молчание как раз оставляет дыру в деле.
Можно ли подать за родственника, который погиб?
Да. Напишите, кем вы приходитесь, добавьте свидетельство о смерти или документ с места события, если он есть. Вас могут признать представителем интересов потерпевшего.
Представим типичное утро после удара по многоэтажке. Вы сняли двор в 7:40, сохранили ролик в телефоне, записали подъезд и фамилии соседей, которых вынесли. К 10:00 отправляете анкету на warcrimes.gov.ua и дубль на zvern@tern.gp.gov.ua. Потом идете на Листопадовую, 4, с паспортом и флешкой. Если линия на горячей занята — не стойте под дверью час: оставьте письменное заявление в канцелярии и номер телефона.
Через несколько дней стоит уточнить, внесли ли событие в Единый реестр досудебных расследований, и попросить выписку: она понадобится для компенсации за жилье. Если ответа нет — повторное письмо на тот же адрес, уже с датой первого обращения. Это не героизм и не «поход в Киев». Это обычное городское действие, как талон в соцзащиту: принесли бумаги вовремя — дело есть чем подшить.